Увидеть ангела

Увидеть ангела

Увидеть ангела

 

Моему другу, художнику Юрию Буланову.

Когда говорят, что владимирская школа живописи была основана художниками из Владимира, то это неправильно. Владимирские живописцы - это не художники какой-то школы, а члены как определенно территориального, так и вполне сакрального землячества, разбросанного по разным местам владимирского ополья. Я не знаю всех мест, где живут и появляются на свет владимирские живописцы, но некоторые их них мне известны доподлинно. Это холмы между Суздалем и Юрьевым-Польским, берег Клязьмы от Коврова до Мстеры с тайным центром в Пантелеево и село Любец.

По ландшафту всем понятно, что за холмами владимирских живописцев за суздальской Каменкой живут французские живописцы. По границам их земель растут желтые подсолнухи и их легко узнать по красным виноградникам и дымчатым оливковым рощам. Там всегда значительно теплее, да и вечереет позже. Французские живописцы, прихватив прохладное вино из известняковых каверн, чеснок и козий сыр, часто ходят в гости к владимирским живописцам. Тогда на холстах владимирцев появляются ослепительно синие лангедокские небеса и кроваво красные арльские березы, а изумленные французы обнаруживают на своих картинах стылое февральское солнце, дымящийся на морозе конский навоз и неторопливо клюющих его красных снегирей. Честно говоря, увидеть французских живописцев совсем не просто, они пугливы и предпочитают выглядеть, как владимирские живописцы, так ведь и тех не сразу распознаешь.

Собственно тайна владимирских живописцев заключается в том, что они могут даже и не жить в известных мне местах, а просто однажды их увидеть. То есть, если московский физик или ковровский бизнесмен, не имея даже особенной цели, проедут через суздальские холмы, Любец или Пантелеево, они немедленно и навсегда становятся владимирскими живописцами, хотя могут, могут никогда или до определенного момента  ничего об этом и не знать. В этом-то и состоит главная тайна! Мало того, многие французские живописцы, живущие по соседству за суздальскими холмами, уже давным-давно, а может быть и несколько веков, являются владимирскими живописцами, но сами об этом не знают и много мучаются. Часто при встрече они на миг замирают друг около друга, как лаверак около осеннего вальдшнепа, и тотчас расходятся, не зная, но почувствовав общность происхождения.

Моя жена, замечательная художница Наталья Захарова знает точно, что для того, чтобы освободить в себе мучительно плененного владимирского живописца надо увидеть ангела. Ангелы иногда прилетают на вечереющий берег Клязьмы отдохнуть от человеческой мерзости и удрученно прикорнуть, прикрывшись натруженным крылом.

Юрий Буланов увидел ангела несколько лет тому назад, мы все это сразу в нем поняли. С той поры он - художник, лествица его тяжела и никто ему, освобожденному, не судья. Теперь надо, как трудовая пчела, терпеливо навещать свои далекие запечатленные и пока еще только мечтаемые поля в Коврове и краях Переславля Залесского, деревне мамы Анны Федоровны Игумнове, в Пантелееве,  Овсянникове, что по мстёрской дороге, да и в Осипове и Скоморохове и приносить, а часто и не приносить вовсе хрупкую ношу впечатлений.

"Эти бедные селенья, эта скудная природа, край родной долготерпенья, край ты русского народа ..." - это для нас, терпеливых, а устанешь Юра, навести за юрьевскими холмами французских живописцев, полежи с ними под оливами и скорей возвращайся.

Ангела тебе в дорогу, художник Юрий Буланов!

Физик   Михаил  Кириллов-Угрюмов,

г. Москва